Шараф Рашидов

Добавить Фото!
Дата рождения:
24.10.1917
Дата смерти:
31.10.1983
Имя при рождении:
узб. Sharof Rashidovich Rashidov
Дополнительные имена:
Шара́ф Раши́дович Раши́дов, Šarafs Rašidovs
Категории:
Государственный и компартийный деятель, Писатель, Член правительства
Национальность:
 узбек
Кладбище:
Чигатайское кладбище, Ташкент

Шара́ф Раши́дович Раши́дов (узб. Sharof Rashidovich Rashidov; 24 октября (6) ноября 1917, Джизак — 31 октября 1983 года, Ташкент,УзССР) — советский партийный и государственный деятель Узбекской ССР в составе СССР.

Член КПСС с 1939 года. Первый секретарь Коммунистической Партии Узбекской ССР, кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС.

Герой Социалистического Труда (1974 год, 1977 год).

Узбекский писатель.

Родился в городе Джизак за день до Октябрьской Революции в крестьянской семье. Узбек.

Окончил филологический факультет Узбекского государственного университета в Самарканде (1941), Всесоюзную Партийную Школу (ВПШ) при ЦК ВКП(б) (1948, заочно). С 1935 года по окончании Джизакского педагогического техникума работал преподавателем средней школы. В 1937—1941 годах ответственный секретарь, заместитель ответственного редактора, редактор Самаркандской областной газеты «Ленин йўли» («Ленинский путь»).

В 1941—1942 годах в Советской Армии, участник Великой Отечественной войны. После ранения вернулся в Узбекистан. В 1943—1944 годах редактор газеты «Ленин йўли». В 1944—1947 годах секретарь Самаркандского обкома КП (б) Узбекистана. В 1947—1949 годах ответственный редактор республиканской газеты «Қизил Ўзбекистон» («Красный Узбекистан»).

1949—1950 — председатель правления Союза писателей Узбекистана.

1950—1959 — председатель Президиума Верховного Совета Узбекской ССР и заместитель председателя Президиума Верховного Совета СССР.

С 1956 — кандидат в члены ЦК КП КПСС, делегат XIX—XXIV съездов КПСС.

С марта 1959 — первый секретарь ЦК КП Узбекистана.

С 1961 — член ЦК КПСС, кандидат в члены Президиума ЦК.

С апреля 1966 — кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС.

С 1970 — член Президиума Верховного Совета СССР. Депутат Верховного Совета СССР III—X созывов.

  • Дважды Герой Социалистического Труда (1974, 1977).
  • Награжден 10 орденами Ленина, орденом Октябрьской революции, а также медалями.
  • Лауреат Ленинской премии.

Первый сборник стихов Рашидова — «Мой гнев» — вышел в 1945 году. В романе «Победители» (1951), первой части трилогии, связавшей воедино события военных лет и послевоенной жизни, показана борьба народа за освоение целинных земель. Герои романа — Айкиз, Алимджан, секретарь райкома Джурабаев (реальное историческое лицо М. Н. Джурабаев), русский инженер Смирнов. В романе «Сильнее бури» (1958) действуют те же герои. Столкновения характеров, конфликты идей и мировоззрений стали еще более глубокими. Завершается эволюция героев в романе «Зрелость» (1971). Роман «Могучая волна» (1964) посвящен героизму советских людей в тылу в годы Великой Отечественной войны. В романтической повести «Кашмирская песня» (1956) отражена борьба индийского народа за освобождение. В 1950 году Рашидов опубликовал сборник публицистических статей «Приговор истории», в 1967 году — книгу «Знамя дружбы». Критические статьи Рашидова посвящены актуальным проблемам советской литературы.

Собрание сочинений в пяти томах. — М., 1979—1980.

В поздние советские годы имя Рашидова для большинства советских людей олицетворяло коррупцию и кумовство, неразрывно связанные с административно-командным аппаратомСоветского Союза (см. «Эпоха застоя»).

В годы правления Леонида Брежнева в Узбекистан поступали нескончаемые приказы об увеличении объёмов сбора хлопка. В ответ узбекская элита докладывала все более высокие цифры по ирригации полей и урожаям хлопка с помощью т. н. «приписок» (завышении показателей «на бумаге», в отчетах и докладах) — обычное для всего Союза явление, когда цифры производства искусственно завышались на местах.

31 октября 1983 года Рашидов умер. Его похоронили в самом центре Ташкента, в сквере напротив музея В.И. Ленина. Был разработан проект строительства мемориального комплекса, который мог бы стать местом паломничества трудящихся.

Летом 1984 в Ташкент прибыла группа сотрудников ЦК КПСС во главе с секретарем ЦК КПСС Егором Лигачевым для проведения XVI пленума ЦК КП УзССР по избранию нового первого секретаря вместо Ш. Рашидова. На пленуме все выступавшие, которые еще недавно клялись в верности памяти Рашидова, разоблачали его как деспота, коррупционера, взяточника, нанесшего непоправимый ущерб узбекскому народу. Его обвиняли в преследовании честных людей, осмелившихся говорить ему правду, создании в республике обстановки раболепия и лизоблюдства, кумовства. По решению пленума прах Рашидова эксгумировали и перезахоронили на Чагатайском кладбище, где покоятся видные деятели культуры и науки, общественно-политические деятели республики.

1-м секретарем ЦК КП УзССР был избран И. Б. Усманходжаев.

В ходе последовавшей чистки почти вся правящая верхушка УзССР была осуждена (лишь министр Госснаба сохранил свой пост).

После прихода к власти Юрия Андропова, отношение к Рашидову в Москве сменилось. С самых первых дней своего правления Андропов, который до этого собирал и имел полное досье на Рашидова, решил убрать его с поста руководителя УзССР.

Как только к власти пришел Андропов, Горбачёв сразу засуетился. Бросился демонстрировать свои успехи. Я помню, как он выкручивал руки главе Узбекистана Рашидову, чтобы тот увеличил сдачу хлопка. Рашидов объяснял, уговаривал: «У нас прошел дождь со снегом, всё смёрзлось. Если даже соберём коробочки, это будет мокрятина, которую мы будем сушить полгода». Горбачёв говорит: «Всё равно, сдавайте больше».

— В. Болдин (помощник Михаила Горбачёва и зав. отделом ЦК КПСС).]

И не менее - приписки по сдаче хлопка, поставке сырья в горю Иваново уже имели неконтролируемые размеры. Особую роль тут играл руковолитель хлопкового совхоза Папского района Адылов, который быдл в очень хороших отношегниях с Брежневым, и таким образом - автоматически недругом Андропова, который выдвинул цель сменить руководство республики. Роль Адылова была осознана позже и то, не всеми.

Андропов позвонил Рашидову и спросил его — насколько будет выполнен план по хлопку. Рашидов произнёс победную речь в своём духе. В ответ Андропов спросил Рашидова, насколько это реальные цифры, а насколько дутые. Этот разговор стал началом конца эпохи Рашидова. Позже Гейдар Алиев предупредил Рашидова о том, что Андропов готовит судебную кампанию против него. Эта информация, по рассказам ряда бывших членов ЦК КП УзССР, послужила причиной самоубийства Рашидова.

По одной версии, он принял яд (который по его просьбе подготовили личные доктора профессор Кацинович и академик Юлдашев), по другой - застрелился.

Последующий Президент Узбекистана Ислам Каримов в первые годы своего правления пытался использовать фигуру Рашидова как жертву андроповского шовинизма и даже репрессий. Позже имя Рашидова стало почти запретным. В учебниках истории его описывают как «одного из бывших руководителей Советской империи в Узбекистане». В Ташкенте есть его бюст и улица его имени. 90-летие со дня рождения Рашидова в 2007 году прошло незамеченным как обществом Узбекистана, так и властями страны, Президент Каримов запретил отмечать эту дату.

 

Шараф Рашидович Рашидов Sharof Rashidovich Rashidov Флаг 4-й Председатель Президиума Верховного Совета Узбекской ССР 21 августа 1950 — 24 марта 1959

Предшественник: Амин Ирматович Ниязов

Преемник: Ядгар Садыковна Насриддинова Флаг 11-й 

Первый секретарь ЦК Компартии Узбекской ССР 15 марта 1959 — 31 октября 1983

Предшественник: Сабир Камалович Камалов

Преемник: Инамжон Бузрукович Усманходжаев  

Партия: КПСС Рождение: 24 октября (6 ноября) 1917 Джизак

Смерть: 31 октября 1983 (65 лет) Ташкент, УзССР, СССР

Дети: Сайера  

Награды:

Герой Социалистического ТрудаГерой Социалистического ТрудаОрден ЛенинаОрден ЛенинаОрден ЛенинаОрден ЛенинаОрден ЛенинаОрден ЛенинаОрден ЛенинаОрден ЛенинаОрден ЛенинаОрден ЛенинаОрден Октябрьской РеволюцииОрден Трудового Красного ЗнамениОрден Красной ЗвездыОрден «Знак Почёта»Ленинская премия — 1980

Хлопковое дело

Хло́пковое де́ло — собирательное название серии уголовных дел об экономических и коррупционных злоупотреблениях выявленных в Узбекской ССР, а также в связанных с республикой других административных единицах, центрах принятия решений и промышленных отраслях бывшего СССР, расследование которых проводилось в конце 1970—1980-х годов.

Расследования были преданы широкой огласке с целью демонстрации борьбы с коррупцией населению СССР, ощущающему с все большей силой нарастающие кризисные явления, обусловленные диспропорциями в социально-экономической жизни Союза.

Название «Хлопковое дело» не вполне точное, поскольку злоупотребления и приписки в хлопковой промышленности Узбекистана — лишь одно из составляющих антикоррупционных расследований, проводившихся тогда в Узбекистане. Некоторыми источниками продвигается название «Узбекское дело» — с намёком на то, что, как утверждается, «ментально» население Узбекистана склонно к коррупционным преступлениям, и эта республика одна из немногих, если ни единственная пораженная коррупцией в могучем Советском Союзе. Руководители следствия Гдлян и Иванов, напротив, считали, что это дело должно бы именоваться «Кремлёвское», тем самым демонстрируя реальный источник коррупции и разложения СССР.

Всего было возбуждено 800 уголовных дел, по которым было осуждено на различные сроки лишения свободы свыше 4 тыс. человек.

История

Первые попытки расследования дел о коррупции и взяточничестве среди высокопоставленных руководителей в Узбекской ССР относятся к середине 1970-х годов. Так, ещё в 1975 году к ответственности был привлечен Председатель Верховного Суда УзССР. В поле зрения правоохранительных органов попала тогда и Я. С. Насриддинова, Председатель Совета Национальностей Верховного Совета СССР в 1970—1974 годах; однако в силу её влияния на Л. И. Брежнева расследование было приостановлено.

В 1979 году обвинения в совершении экономических преступлений предъявили начальнику ОБХСС Бухарской области А. Музафарову  и начальнику горпромторга Ш. Кудратову. В 1982 году расследование этого дела было поручено Т. Х. Гдляну.

После смерти Л. И. Брежнева, последовавшей 10 ноября 1982 года, и избрания 12 ноября того же года Ю. В. Андропова на пост Генерального секретаря ЦК КПСС расследование коррупционных злоупотреблений в Узбекистане получило новый стимул, что объясняется, во-первых, длительным пребыванием Ю. В. Андропова на посту Председателя КГБ СССР и, как следствие этого, наличием у него информации о действительном положении дел в республике, во-вторых, неприязненными отношениями, сложившимися ранее между Андроповым и Рашидовым, Первым секретарём ЦК Компартии Узбекистана.

В начале января 1983 года Андропов сделал Рашидову устный выговор, фактически означавший предложение о добровольной отставке. Однако Рашидов в отставку не ушёл.

В феврале того же года Политбюро ЦК КПСС приняло Постановление о расследовании злоупотреблений в хлопководстве Узбекистана и поручило Прокуратуре СССР создать следственную комиссию.

В начале апреля 1983 года такая комиссия была создана, её работу возглавили Т. Х. Гдлян и Н. В. Иванов. От Генпрокуратуры Союза ССР работу комиссии курировал начальник следственной части союзной Прокуратуры Г. П. Каракозов.

31 октября 1983 года Ш. Р. Рашидов скоропостижно скончался. Его похоронили в самом центре Ташкента, недалеко от Дворца пионеров. Был разработан проект строительства мемориального комплекса, который должен был стать местом паломничества трудящихся.

В начале 1984 года было начато расследование собственно «хлопкового дела»: управление Комитета государственной безопасности по Москве и Московской области арестовало на территории России нескольких руководителей хлопкоочистительных объединений Узбекистана и директоров хлопкозаводов. После серии арестов, произведённых в начале 1984 года, в июне расследование поручили В. И. Калиниченко. Т. Х. Гдлян формального отношения к расследованию «хлопкового дела» не имел.

Летом 1984 года в Ташкент прибыла группа сотрудников ЦК КПСС во главе с секретарем ЦК КПСС Е. К. Лигачёвым для проведения XVI Пленума ЦК КП УзССР по избранию нового Первого секретаря вместо Ш. Р. Рашидова. На Пленуме все выступавшие, которые ещё недавно клялись в верности памяти Рашидова, разоблачали его как деспота, коррупционера, взяточника, нанёсшего непоправимый ущерб узбекскому народу. Его обвиняли в преследовании честных людей, осмелившихся говорить ему правду, создании в республике обстановки раболепия и лизоблюдства, кумовства. По решению Пленума прах Рашидова эксгумировали и перезахоронили на Чагатайском кладбище, где покоятся видные деятели культуры и науки, общественно-политические деятели республики. Первым секретарём ЦК КП Узбекистана был избран И. Б. Усманходжаев.

Новое продолжение событий по расследованию Узбекского дела получило после XIX конференции КПСС, на которой главный редактор «Огонька» обратился в Президиум с запиской, что среди «уважаемых» людей находятся и такие, которым место за решеткой. Срочно была создана специальная бригада следователей, в которую в основном входили Следователи по особо важным делам при Прокурорах Союзных или Автономных Республик или Областей.

Т. Х. Гдлян резко воспринял так называемую Прибалтийскую группу, возглавляемую следователями по особо важным делам при Прокуроре Латвийской ССР — Янис Ловникс и Айварс Боровковс, которые стали возражать против методов работы группы Гдляна, в основу которых был положен «партийный заказ», а не соблюдение законности. Тем не менее, данная группа стала работать, тщательно соблюдая требования закона, что существенно понизило темпы следствия. Гдлян упрекал группу в саботаже, возник конфликт и по многим другим вопросам понимания уголовно-процессуального порядка и законности. Гдляну нужен был срочный результат, ему стало затруднительно рапортовать о вновь раскрытых преступлениях и новых "громких" фамилиях, которых можно привлечь к ответственности. От него этого ждали и он старался не потерять актуальность своего бытия.

Руководство группы о своей категорической позиции доложило начальнику Следственной части генералу юстиции Александру Васильевичу Сбоеву (бывшему военному прокурору, бывшему государственному обвинителю по делу Чурбанова, очень опытному, по военному строгому и принципиальному работнику прокуратуры), который одобрил метод работы группы. После того как был свёрнут «зелёный свет» работе бригады и всё дело начало сыпаться, так как добытые доказательства не были закреплены и многие эпизоды по делу строились только на "чистосердечных признаниях", расследованные эпизоды Прибалтийской группой были надежно процессуально закреплены. Насколько известно, проверяющая бригада надзирающих прокуроров ставило в пример работу этой группы. В данную группу Следственной бригады Прокуратуры СССР, которая была самой многочисленной в 1989 году, также входили следователи высшей квалификации из различных регионов России, Украины, Молдавии, Беларуссии, Узбекистана, а также прикомандированный следователь КГБ СССР Сергей Цепоухов.

Завершение и итоги дела

Такого в СССР еще не видели - на пресс-конференции в Прокуратуре СССР следственной группой, ведущей расследование дела о должностной мафии в Узбекской ССР, были продемонстрированы ценности, изъятые у преступников, бравших взятки. Москва, 1 апреля 1988. Правда, никто не обратил тогда внимания, на сколько безобразно были оформлены изъятые ценности и доказательства. Как уже было сказано выше - серезный конфликт между Гдляном и т.н. "прибалтийской группой" возник именно по методам работы и соблюдению норм УПК. 

Расследования по «Узбекскому делу» продолжались до 1989 года. Было произведено несколько «громких» арестов, в том числе, были арестованы, а затем осуждены: к высшей мере наказания — бывший министр хлопкоочистительной промышленности Узбекистана В. Усманов, начальник ОБХСС Бухарской области А. Музафаров; к разным срокам лишения свободы: зять Л. И. Брежнева Ю. М. Чурбанов, первый секретарь ЦК КП Узбекистана И. Б. Усманходжаев, бывшие секретари ЦК компартии республики А. Салимов (на момент ареста занимал пост председателя Президиума Верховного Совета УзбССР), Е. Айтмуратов и Р. Абдуллаев, первые секретари обкомов: Ташкентского — Мусаханов,Ферганского — Умаров, Наманганского — Н. Раджабов, Каракалпакского — К. Камалов, Бухарского — Абдувахид Каримов и сменивший его И. Джаббаров, Сурхандарьинского — Абдухалик Каримов, бывший председатель Совета Министров республикиН. Д. Худайбердыев, глава Папского агропромышленного объединения имени В. И. Ленина Наманганской области А. Адылов, генералы МВД республики Яхъяев, Норов, Норбутаев, Джамалов, Сатаров, Сабиров, полковник Бегельман и т. д. Некоторые фигуранты расследования покончили с собой (К. Эргашев, Г. Давыдов, Р. Гаипов; ходили слухи о самоубийстве и самого Рашидова).

Привлечённый в качестве обвиняемого по делу И. Б. Усманходжаев стал давать показания о причастности к коррупции отдельных членов Политбюро ЦК КПСС — Е. К. Лигачёва, В. В. Гришина, Г. В. РомановаМ. С. Соломенцева, члена ЦК КПССИ. В. Капитонова.

В марте 1989 года Т. Х. Гдлян и Н. В. Иванов избираются народными депутатами СССР. В это же время в центральных газетах («Правда», «Известия») начинают появляться публикации, критикующие методы работы Т. Х. Гдляна и возглавляемой им следственной бригады, от руководства которой оба уже давно самоотстранились ограничиваяс множеством восхваляющими их интервью в печати и ТВ.

24 марта 1989 года создаётся специальная комиссия ЦК КПСС во главе с Б. К. Пуго, которой поручено «проверить факты… о нарушениях законности при расследовании дел о коррупции в Узбекской ССР и о результатах доложить в ЦК КПСС».

Аналогичная комиссия была создана и при Президиуме Верховного Совета СССР.

Обе комиссии пришли к выводу, что в деятельности следственной группы, расследовавшей «Узбекское дело», были допущены «нарушения социалистической законности».

В апреле 1989 года Пленум Верховного Суда СССР вынес частное постановление «о нарушениях законности, допущенных в ходе расследования бригадой следователей Прокуратуры СССР во главе с Т. Х. Гдляном».

12 мая 1989 года, выступая в эфире Ленинградского ТВ, Н. В. Иванов прямо обвинил ряд высших партийных руководителей СССР (включая Е. К. Лигачёва), а также Председателя Верховного Суда СССР В. И. Теребилова в причастности к коррупции.

Е. К. Лигачёв обратился в Прокуратуру СССР с заявлением о проверке данного утверждения. 14 сентября 1989 г. Генеральный прокурор СССР А. Я. Сухарев направил на имя М. С. Горбачёва письмо № 1-5-102-89, в котором сообщал, что

свои показания Усманходжаев изложил в самой общей форме, пояснив лишь, что первый раз якобы передал взятку в «дипломате» в Ташкенте в июне 1984 г., когда Лигачёв Е. К. приезжал для участия в работе XVI Пленума ЦК КП Узбекистана, и второй раз — также в «дипломате» в ноябре того же года в здании ЦК КПСС, когда находился в Москве в связи с подготовкой к 60-летию Узбекской ССР.

Однако спустя несколько дней, уже 1 ноября 1988 г., на допросе, проводившемся Васильевым А. Д. и Московцевой С. В., Усманходжаев заявил, что оговорил Лигачёва Е. К., денег ему не давал

В мае 1989 года Прокуратура СССР возбудила уголовное дело по обвинению Т. Х. Гдляна и Н. В. Иванова в нарушениях законности при проведении расследований в Узбекистане. Поскольку обвиняемые были к тому времени избраны народными депутатами СССР, Генеральный прокурор СССР направил на I Съезд народных депутатов СССР представление о даче согласия на привлечение Т. Х. Гдляна и Н. В. Иванова к уголовной ответственности. I Съезд в июне 1989 г. решил создать Комиссию для проверки материалов, связанных с деятельностью следственной группы Прокуратуры Союза ССР, возглавляемой Т. Х. Гдляном.

На суде 29 августа 1989 года обвиняемый по «хлопковому делу» Н. Д. Худайбердыев заявил, что показания против Ю. М. Чурбанова «выбивались» из него силой.

В феврале 1990 года Т. Х. Гдлян был исключён из КПСС, а в апреле того же года — уволен из Прокуратуры СССР.

В апреле 1990 года Верховный Совет СССР, рассмотрев по поручению II Съезда народных депутатов СССР отчёт Комиссии, созданной на I Съезде, принял по нему следующее постановление:

«… 2. Осудить бездоказательные заявления народных депутатов СССР Т. Х. Гдляна и Н. В. Иванова, порочащие Верховный Совет СССР, отдельных народных депутатов и должностных лиц, предупредить их, что в случае продолжения такой деятельности, ведущей к дестабилизации обстановки в стране, Верховный Совет СССР выступит с инициативой лишения их депутатской неприкосновенности.

3. Отклонить представление Генерального прокурора СССР о даче согласия на привлечение к уголовной ответственности народных депутатов СССР Т. Х. Гдляна и Н. В. Иванова. В связи с невозможностью продолжения их работы в прокуратуре СССР дать согласие на их увольнение из органов прокуратуры. Потребовать увольнения тех руководителей прокуратуры, которые не обеспечили надлежащего контроля за деятельностью следственных групп и способствовали тем самым нарушениям законности. Обязать народных депутатов СССР Т. Х. Гдляна и Н. В. Иванова выполнять законные требования следователей, ведущих дела о коррупции, взяточничестве и нарушениях законности, давать показания и участвовать в других следственных действиях»

Уголовное дело против Т. Х. Гдляна было прекращено только в августе 1991 года.

Источник: wikipedia.org, google.ru

Нет привязок к месту

    loading...

        Связи

        ИмяРодствоДата рожденияДата смертиОписание
        Бирки